Фигурист Петр Гуменник выиграл турнир памяти Петра Грушмана с суммой 326,49 балла, превратив этот старт в генеральную репетицию перед Олимпийскими играми. Формально результат смотрится впечатляюще: это второй показатель в мире текущего сезона и лучший в стране. Но если отойти от сухих цифр, становится очевидно: оценка получилась чрезмерно щедрой, а сам прокат был скорее «рабочим», чем по‑настоящему выдающимся.
В то время как на международной арене проходил последний крупный старт перед Олимпиадой — чемпионат четырех континентов, — Гуменник предпочел сосредоточиться на внутренней подготовке и выбрал российский турнир памяти Петра Грушмана. Этот выбор понятен: домашние старты позволяют протестировать программы без сложной логистики, смены часовых поясов и дополнительного стресса. Для спортсмена, нацеленого на пик формы к Олимпиаде, такой шаг выглядит прагматичным и выверенным.
Короткая программа у Петра сложилась почти идеально. Он набрал рекордные для российских фигуристов 109,05 балла, продемонстрировав уверенное владение техническим контентом и впечатляющую стабильность на ключевых прыжках. Компоненты тоже были оценены высоко — судьи отметили и катание, и хореографию, и общий образ. Для внутреннего старта это фактически предел возможного по короткой программе, и здесь вопросов к оценке заметно меньше, чем к итоговой сумме за два проката.
С точки зрения подготовки к Играм турнир стал для Гуменника еще и ценным испытанием по графику. Между короткой и произвольной программами у него был полноценный день отдыха — ситуация, довольно близкая к олимпийской, где между прокатами запланированы уже два дня перерыва. Тренерам важно было понять, как организм и психика Петра реагируют на подобный режим: не «распадается» ли концентрация, не проваливается ли физика на второй день, не появляется ли излишняя зажатость от ожидания.
Особое внимание было приковано к произвольной программе, в которой Гуменник традиционно заявляет один из самых сложных прыжковых наборов в мире. Петербуржец вновь отказался от идеи облегчить контент и оставил в заявке пять четверных прыжков. Это демонстрация принципиальной позиции спортсмена: он явно не собирается выигрывать за счет осторожности и уже сейчас настраивается на олимпийский максимум.
Разминку Петр провел ярко и агрессивно. Он сразу перешел к элементам ультра-си, показывая готовность идти на высокий риск. Полностью проследить за всем набором прыжков из‑за особенностей съемки не удалось, но уже в начале подготовки к прокату были замечены качественно выполненные тройной аксель и четверной риттбергер. Позже зрители увидели чистые флип, сальхов и лутц. Единственным небольшим сбоем стала «бабочка» на сальхове — прыжок не был доведен до заявленной сложности, однако для разминки это не критично.
На лед в самой программе Гуменник вышел спокойно и уверенно, без видимой нервозности. Первый крупный элемент — четверной флип — был исполнен очень сильно и получил высокую надбавку за качество. По нему претензий практически нет: уверенное приземление, хороший выезд, сохранение скорости — все, что любят судьи. А вот уже на следующем прыжке — четверном лутце — проявился первый настораживающий момент: на выезде фигурист заметно покачнулся. На международных стартах подобное исполнение, скорее всего, оценили бы строже, а при внимательном просмотре могли бы даже поставить знак недокрута (q). Однако на этом турнире флип и лутц были щедро вознаграждены — за лутц Петр получил серьезный плюс по GOE, вплоть до +3,45.
К середине программы стало заметно, что усталость начинает брать свое. Выезды с четверного риттбергера и сальхова уже не выглядели такими же уверенными, как в первой части. Приземления были слегка зажатые, местами возникали сомнения в полной докрутке. При строгом судействе к этим элементам вполне могли бы возникнуть вопросы: от уровней надбавки до фиксации недокрутов. Тем не менее, протоколы турнира показали, что судьи предпочли поддержать лидера, а не карать его за мелкие огрехи.
В концовке произошел еще один показательный момент: вместо запланированного сложного каскада 3–3 Петр исполнил более простой вариант 3–2. Внешне это не выглядело срывом — скорее осознанным решением по ходу программы. В условиях нарастающей усталости фигурист, очевидно, решил не рисковать лишними ошибками и предпочел гарантировать чистое выполнение пусть и менее ценного по базовой стоимости, но надежного варианта. С точки зрения подготовки к Олимпиаде это важный сигнал: спортсмен и команда умеют оценивать ситуацию в реальном времени и принимать прагматичные решения.
Уже после выступления Гуменник признался, что некоторое время рассматривал еще более амбициозный вариант произвольной — с включением четверного флипа в каскад с тройным акселем. В итоге от этой идеи отказались, и турнир подтвердил правильность такого выбора. На разминке четверные выглядят чистыми и мощными, но в самой программе неизбежно сказывается усталость: качество выездов падает, растет шанс микросбоев и потерь по надбавкам. В такой ситуации усложнять каскад до экстремального уровня перед главным стартом четырехлетия было бы неоправданным риском.
Логичным выглядит и обсуждение возможных тактических изменений в структуре произвольной программы. В частности, есть смысл подумать о переносе заключительного каскада (тройной лутц — тройной риттбергер) в более раннюю часть проката, чтобы разгрузить финальный отрезок. При таком подходе Петр сможет атаковать ключевые прыжки еще в момент, когда усталость не достигла пика, а концовку посвятить компонентам, шагам и хореографии, что визуально часто производит даже более сильное впечатление на зрителей и судей.
Отдельного внимания заслуживает прогресс в работе над дорожками шагов и хореографией. В связках стало заметно больше эмоций, выразительной работы рук и мелких акцентов, подчеркивающих музыкальность. Петр меньше тратит времени на долгие, «пустые» заходы к прыжкам — вместо этого программа насыщена хореоэлементами, переходами и вариативными позициями. Одна из дорожек пока имеет третий уровень, но запас времени до Олимпиады позволяет усложнить элементы и довести их до четвертого уровня при достаточной накатке. Вращения уже сейчас стабильно оцениваются на четвертый уровень, что говорит о хорошей технике и уверенности в этом компоненте.
Не осталась незамеченной и небольшая деталь, которую особенно ценят болельщики: Петр вернул в программу свое фирменное движение рукой — тот самый характерный «выстрел» после четверного сальхова в каскаде. Такие элементы узнаваемого стиля помогают формировать имидж фигуриста, отличать его катание от соперников и создавать эмоциональную связь с публикой. На Олимпиаде подобные детали могут сыграть важную роль: не только техника и баллы, но и образ, который остается в памяти зрителя, нередко влияет на восприятие всего выступления.
Итоговая сумма 326,49 балла за два проката выглядит, мягко говоря, амбициозно. Формально это второй результат в мире, лучший в России и показатель, который ставит Гуменника в один ряд с главными претендентами на медали Олимпийских игр. Однако при детальном разборе становится очевидно: оценка серьезно завышена, особенно с учетом отмеченных погрешностей в произвольной программе. Очевидно стремление судей и региональной федерации максимально поддержать ведущего спортсмена Санкт-Петербурга перед главным стартом сезона. И все же ощущение «перебора» никуда не исчезает — похоже, даже для самого Петра столь щедрый итог стал легким сюрпризом.
Важно понимать, что подобные домашние «космические» баллы — не редкость в предолимпийский период. Внутренние турниры часто используются как инструмент психологической подстройки: спортсмену демонстрируют доверие, формируют ощущение собственной силы и конкурентоспособности на фоне мировых лидеров. В этом смысле 326,49 — не столько реальный ориентир международного уровня, сколько сигнал: «Ты готов бороться за самые высокие места». Вопрос в том, насколько сам фигурист и его команда способны отделить эмоциональную поддержку от холодного анализа.
Если смотреть шире, такой старт — идеальный материал для конструктивного разбора. С одной стороны, Гуменник подтвердил, что его сложнейший контент реален в условиях соревновательного стресса. Пять четверных в заявке, высокий уровень вращений, хорошая хореография и дорожки шагов — технически это программа, способная конкурировать за самые высокие места. С другой — стали очевидны зоны, которые требуют доработки в сжатые сроки: устойчивость ко второй половине программы, распределение сил, чистота выездов и стабильность самых рискованных элементов.
С точки зрения перспектив на Олимпиаде у Петра сейчас уникальная позиция. Он уже не просто талантливый фигурист с потенциально сильным контентом, а реальный претендент на борьбу с лидерами мировой арены. Но именно для таких спортсменов особенно важен трезвый взгляд на вещи. Завышенные домашние оценки могут создать иллюзию непогрешимости, тогда как международные судьи будут оценивать каждый прыжок и каждую мелочь значительно строже. Важно, чтобы внутри команды понимали: главный критерий — не цифры в протоколе внутреннего турнира, а стабильность и чистота исполнения на старте, где право на ошибку практически отсутствует.
С психологической точки зрения нынешний турнир можно считать успешным. Гуменник обошелся без грубых срывов, справился с давлением статуса фаворита, выдержал непростой по структуре контент и сохранил при этом эмоциональность и артистизм. Для спортсмена, который совсем скоро выйдет на олимпийский лед, это важный опыт: он уже прошел через мини-версию того напряжения, которое ждет его впереди, и знает, как организм и голова реагируют на подобный вызов.
Особое значение имеет и тот факт, что в этом старте Петр не стал демонстрировать «пик формы». Прокат получился рабочим, местами даже слегка «сырым» — и именно это сейчас лучшее, что могло случиться. Спортсмену важно подойти к Олимпиаде с запасом для роста, а не выстрелить максимумом заранее и потом пытаться удержаться на пике. При грамотном планировании нагрузки и сохранении здоровья есть все шансы, что через несколько недель мы увидим более собранную, чистую и отточенную версию тех программ, которые Гуменник показал на турнире памяти Петра Грушмана.
В итоге можно сказать: колоссальная поддержка, оказанная Петрому Гуменнику на этом старте, сработала сразу в нескольких направлениях. Она добавила уверенности, закрепила статус лидера, показала, что в него верят и в городе, и в федерации. Но одновременно с этим подняла планку ожиданий до небес. Теперь задача самого фигуриста — не поддаться иллюзии «легких» 326,49, а использовать этот турнир как отправную точку для точечной, холодной и очень профессиональной работы перед своим главным стартом сезона. На Олимпиаде щедрого «перебора» никто не сделает — там придется доказывать каждую десятую долю балла реальным качеством катания.