— Если честно, без притирок в паре не бывает. Всегда нужно время, чтобы почувствовать друг друга — характер, манеру катания, реакцию на стресс. Но с Глебом общий язык мы нашли довольно быстро. Сейчас уже понимаем с полувзгляда, где надо добавить, где поддержать, где промолчать. На льду это очень важно: мы должны выглядеть не как два спортсмена рядом, а как единый организм.
— Что для тебя самое сложное в танцах на льду по сравнению с одиночным катанием?
— В одиночном, как ни крути, ты отвечаешь только за себя: не прыгнул — сам виноват, исправляешь сам. В танцах ответственность делится на двоих. Любой твой недочет влияет на партнера и весь прокат. Нужно быть предельно собранной, учитывать ритм, дистанцию, линию, знать, что партнер сделает в следующую секунду. При этом нельзя терять артистизм, музыка должна продолжать «жить» в тебе, как бы тяжело ни было физически.
— Ты говорила, что пришла в танцы, потому что не хотела больше прыгать. Это было эмоциональное выгорание или физическая история?
— Скорее комплекс причин. Я понимала: мои сильные стороны — чувство музыки, скольжение, работа корпусом, а не сложные прыжковые каскады. Прыжки у меня то шли, то совсем «сыпались». В какой-то момент стало ясно: я либо продолжаю упираться в то, что не приносит кайфа, либо честно признаю, что мое — это другая дисциплина. Я выбрала второе и ни разу не пожалела.
— Ты довольно рано столкнулась с хейтом. Как к этому относишься сейчас?
— Я реально читаю комментарии, где пишут: «Ей мама все купила», «Мама не могла дочке хвостик завязать?» — и улыбаюсь. Раньше, возможно, задело бы. А сейчас понимаю: люди видят только картинку и додумывают остальное. Те, кто рядом со мной каждый день, знают, сколько труда стоит за каждым моим выходом на лед. Да, у меня знаменитая мама, но на дорожки, поддержки и уровни она за меня не выходит.
— Часто упоминают твою маму. Как сама воспринимаешь сравнения с Ириной Слуцкой?
— У меня к этому отношение простое: мама — реально шедевр. Как спортсменка, как человек, как мама. То, что она сделала для фигурного катания, мало кому под силу. Я никогда не ставила себе цель «переплюнуть» ее. У меня свой путь, свой стиль, своя дисциплина. Иногда сравнения давят, особенно если неудачный прокат, а кто-то пишет: «Ну вот, до мамы далеко». Но со временем я научилась от этого абстрагироваться. Я — это я, она — это она.
— Мама участвует в твоем тренировочном процессе?
— Она держится на уважительной дистанции. Может подсказать по деталям: по эмоции, по подаче, по настрою перед стартом. Но на лед с криками «делай вот так!» не выходит. Есть мои тренеры, и их слово — главное. Мама прекрасно понимает, как важно спортсмену самим выстраивать отношения с наставниками, не вмешивается в чужую работу. И я ей за это благодарна.
— Ты упоминала, что занималась продажей мыла. Откуда вообще такая идея?
— Это началось почти как шутка. Я много смотрела ролики, где люди делают мыло ручной работы, бомбочки для ванн, всякие ароматные штуки. Решила попробовать сама: купила основу, масла, формы, красители. Понравился сам процесс — он очень успокаивает, особенно после тяжелых тренировок. Сначала делала мыло только для себя и для близких, потом подруги сказали: «Слушай, это же можно продавать». Так и получилось маленькое хобби-бизнес.
— Ты сама придумываешь формы и запахи?
— Да, мне нравится экспериментировать. Например, делать мыло в форме фигуристок, коньков, снежинок, использовать цитрусовые ароматы или более «теплые» — ваниль, корица. Каждое мыло получается как маленькое произведение искусства: можно добавить лепестки, глиттер, несколько слоев. Когда человек берет это в руки и говорит: «Вау, как красиво!», — появляется ощущение, что ты не только катаешься, но и создаешь что-то осязаемое.
— И при этом ты еще говоришь о мечте стать кондитером.
— Да, кондитерство — моя отдельная любовь. Я обожаю десерты: не только есть, но и готовить. Торты, капкейки, тарталетки, муссы — мне нравится искать красивые сочетания вкусов и текстур. В кондитерстве много общего с фигурным катанием: нужно чувство меры, аккуратность, внимание к деталям и эстетика. Для меня идеальный торт — это тот, на который смотришь и понимаешь: резать жалко.
— Планируешь пойти учиться этому профессионально?
— Я бы очень хотела получить кондитерское образование, пройти хорошие курсы. Пока что график тренировок и соревнований не всегда позволяет, но в перспективе — да. Вижу это как возможное дело жизни после спорта: небольшая кондитерская, где все десерты продуманы до мелочей, как программа на соревнованиях. И, конечно, с чем-нибудь фигурным в оформлении.
— Как удается совмещать учебу, тренировки, увлечения?
— Здесь нет никакой магии, только режим. Подъем рано утром, тренировки на льду, ОФП, затем учеба, вечером — если остается время и силы — могу позаниматься мылом или чем-то сладким. Иногда, конечно, хочется просто лечь и ничего не делать, включить фильм. В такие дни говорю себе: «Ты тоже человек, выдохни». Важно не доводить себя до состояния, когда спорт перестает радовать.
— Ты говорила о том, что тебе комфортно выступать при полных трибунах. Это не давит?
— Совсем наоборот. Я обожаю, когда арена шумит, когда слышно, как зрители подпевали музыке, кричат «Супер!», «Круто!». Это заряжает сильнее, чем любой кофе. В Магнитогорске я это особенно почувствовала: публика была невероятно теплая. В таких условиях хочется кататься еще лучше, добавить эмоций, отдать зрителям все, что вложено в программу.
— А где, наоборот, было наиболее тяжело?
— Сложнее всего, пожалуй, было на первенстве в Саранске. Атмосфера там более напряженная, зрителей меньше, ощущается какая-то внутренняя строгость. Ты понимаешь: это важный старт, ошибки недопустимы. В Челябинске тоже было нелегко — накапливалась усталость, все понимали, что сезон подходит к концу. Но расслабляться нельзя: иногда именно последние старты сезона бывают определяющими.
— Есть ли у тебя спортивные кумиры за пределами фигурного катания?
— Я очень люблю футбол и давно слежу за карьерой Криштиану Роналду. Меня восхищает его отношение к делу: дисциплина, самодисциплина, желание быть лучшим вне зависимости от возраста. Он для меня пример того, как можно годами держать высочайший уровень, не останавливаясь на достигнутом. Это то, чему хочется учиться и в фигурном катании.
— Что именно в Роналду тебе ближе всего?
— Умение не сдаваться, когда все вокруг говорят, что ты уже сделал достаточно. Он всегда находит в себе силы двигаться дальше, менять клубы, адаптироваться, показывать результат. В фигурном тоже бывают периоды, когда хочется опустить руки — травмы, неудачи, не получается элемент. В такие моменты я вспоминаю, что даже великие спортсмены падали и поднимались снова.
— О чем сейчас мечтаешь как спортсменка?
— Хочется стабильности и роста. Чтобы каждый сезон приносил новый уровень — по технике, по компонентам, по уверенности в себе. Хочу, чтобы наши с Глебом программы запоминались зрителям: чтобы не просто сказали «чисто откатали», а еще и пережили вместе с нами историю на льду. Ну и, конечно, мечтаю о крупных стартах, о международной арене — думаю, любой спортсмен это в себе носит.
— А если заглянуть далеко вперед, за пределы спорта?
— Вижу свою жизнь обязательно связанной с творчеством. Это может быть кондитерская, свои десерты, может быть, студия, где люди учатся делать мыло, свечи, какие-то красивые вещи своими руками. Мне важно, чтобы работа приносила удовольствие, а не была просто «от и до». И, конечно, хочу, чтобы рядом были люди, которые разделяют мои ценности и поддерживают так же, как моя семья сейчас.
— Что бы ты сказала тем, кто только начинает заниматься фигурным катанием и боится критики или сложностей?
— Нужно помнить: в спорте всегда будет непросто. Всегда найдутся те, кто скажет: «У тебя не получится», «Ты здесь только из-за родителей», «Слишком поздно начал». Но это чужие слова, а жизнь — ваша. Если вам действительно нравится выходить на лед, чувствовать скорость, музыку, если глаза горят — продолжайте. Слушайте тренеров, работайте над собой, не бойтесь ошибок. Они у всех есть — и у детей, и у чемпионов.
— И напоследок — как ты сама сегодня себя определяешь: чья-то дочь, фигуристка, будущий кондитер?
— Я — Варвара. Дочь великой Слуцкой, да, это правда и это часть меня. Но еще я фигуристка, партнерша в танцах на льду, человек, который варит мыло, мечтает о собственной кондитерской, вдохновляется Роналду и радуется, когда незнакомые люди аплодируют с трибун. Мне нравится, что во мне сочетаются спорт, творчество и обычная человеческая жизнь. И я хочу, чтобы каждый, кто меня видит, понимал: за фамилией стоит живой человек, который очень любит то, чем занимается.